Кому-то стал не нужен «Обрыв» Гончарова 1956 года издания и в хорошем состоянии, а я подобрал. Во-первых, не читал, и решил попробовать прочитать, во-вторых, заинтересовала надпись. Что за «странные “взаимоотношения”»? Почерк, похоже, женский, скорее, девичий, очень уж аккуратный. Книгу неизвестная Г. К. П. в 1956 году подарила «Валечке». Подруге Валентине или другу Валентину? Было между ними что-то похожее на любовь, или любовь была только в воображении Г. К. П.? Сейчас у Валентина уже не спросишь, умер, наверное, а Гончаров… Да кому он сейчас нужен! Хорошо, что положили в сухое место, могли и в мусорный контейнер выбросить. Пришел домой, полистал книгу – интересно написано, правда, фамилия главного героя странная – Райский. Борис Райский. И за пару абзацев «зацепился» глаз. «Райский наше тысячи две томов и углубился в чтение заглавий. Тут были все энциклопедисты и Расин с Корнелем, Монтескьё, Макиавелли, Вольтер, древние классики во французском переводе и «Неистовый Орланд», и Сумароков с Державиным, и Вальтер Скотт, и знакомый «Освобожденный Иерусалим», и «Илиада» по-французски, и Оссиан в переводе Карамзина, Мармонтель и Шатобриан, и бесчисленные мемуары. Многие еще не разрезаны; как видно, владетели, то есть отец и дед Бориса, не успели прочесть их. С тех пор не слышно стало Райского в доме; он даже не ходил на Волгу, пожирая жадно волюмы за волюмами». «Волюмы»… Надо же!