January 3rd, 2014

Чехов о «бунтующих студентах»

Перед Новым годом предложили взять книгу «Чехов в воспоминаниях современников» 1986 года. Бесплатно. Книга – «муха не сидела», ее за двадцать семь лет ни разу не раскрывали, так и простояла все эти годы на полке. Не удержался, взял, хотя дома есть такая же, только в серой обложке. Читаю.



Из воспоминаний Сергея Яковлевича Елпатьевского, врача и писателя, познакомившегося с Чеховым в Ялте:

«По поводу беспорядков в Петербургском университете, в которых деятельное участие принимал мой сын, Чехов стал говорить, что эти бунтующие студенты завтра станут прокурорами по политическим делам, а когда я заметил, что в массе эти студенты, несомненно, будут больше подсудимыми, чем прокурорами, он пренебрежительно махнул рукой и не продолжал разговора».

Пожар в деревне

Читал газетные заметки 1913 года.
«В Мелитополе молодой парень Гуляков требовал у отца денег. Отец ему возразил, что на пьянство денег не даст и что у сына есть руки и он может работать. Тогда Гуляков пошел в сарай и отрубил себе кисть левой руки».
Отсюда: http://starosti.ru/archive.php?m=7&y=1913

Прочитал, и вспомнил, как в селе, где я работал, женщина подожгла дом, в котором жила вдвоем со своей матерью. Имя у нее было не по северному вычурное – Диана, а в селе ее звали проще – Дина. Лет ей было около тридцати, сколько-то лет она «отсидела», не помню за что, то ли за «хулиганку», то ли за грабеж, совершенный по пьяному делу, и после возвращения домой, устроилась работать на ферму. Мужика у Дины не было, и не потому, что она пила, т.к. в селе пили почти все, а по причине необузданности характера и противоестественных желаний. Встретив однажды весенним вечером на улице молоденькую пышнотелую учительницу русского языка и литературы, приехавшую в село несколькими месяцами ранее, Дина, не совладав со своими страстями, не стала спрашивать учительницу, хочет ли та большой и чистой любви, а потащила ее к ближайшему сараю. Учительница, поняв, чем может кончиться дело, завизжала, переполошив хозяев в нескольких домах, и только благодаря этому ей удалось отбиться. Больше Дина к ней не приставала.
Куда делся отец Дины, я не помню, то ли умер, то ли куда-то уехал, и исчез. Мать ее уже не работала, получала небольшую пенсию, и жили они по сути дела только на эти деньги, потому что всю свою зарплата Дина пропивала. Однажды холодным июньским утром Дина стала просить мать, чтобы та дала ей денег на опохмел, та отказывалась, и Дина от злости подожгла дом.
Collapse )

«Обстрелял залпами деревню…»

Из воспоминаний о службе на границе с Финляндией (1907-1908 гг.).

«С первых же дней нашей службы, часовые неоднократно обстреливались финнами с противоположного берега р. Сестры. Тревоги, производимые часовыми, и прибытие дежурного взвода - немедленно прекращали обстрел, но через два-три дня снова повторялось то же самое, и вот В. В. Вольский задумал прекратить эту охоту финнов по нашим часовым. Случай не замедлил скоро представиться. Как-то под вечер, в конце января, неожиданно загремели выстрелы, приблизительно на посту № 3 или № 4. Быстро, по тревоге, выскочил дежурный взвод, под командою расторопного мл. унт. оф. 6-й роты Бутенко. Поспешили на выстрелы и мы, офицеры. Оказалось, что выстрелы были по часовому поста № 4, охотнику 5-й роты В. Денисову, причем мы обнаружили на одном из деревьев свежие следы попавших пуль малокалиберной винтовки, типа карабина "Винчестер". Денисов сделал несколько ответных выстрелов, но кто стрелял по нему, он, в глухом лесу, конечно, видеть не мог.

Collapse )