April 5th, 2014

«В Крыму все плохо»

Несколько дней назад нашел ссылку, по которой можно смотреть основные киевские телеканалы: http://guzei.com/online_tv/?s=5
Смотрел, и не мог понять, а чего это некоторые украинцы так возбуждались, услышав фамилию Киселева? По моему мнению, что московские телекомментаторы, что киевские – почти все близнецы-братья, только киевские не умеют так плавно помахивать руками, как Киселев.

Киевлянин Александр Зубченко пишет:
«Нет никакого смысла смотреть новости по телевизору, поскольку все информационные сюжеты сводятся к пяти основным «болванкам». …

Первая тема: «В Крыму все плохо». Рекомендуется ставить сюжет на данную тему первым, если нет свежей информации о поимке очередного российского диверсанта.

«Оккупационный бронированный автомобиль «Тигр» врезался в мирный троллейбус: пострадали все. Всем плохо, никому не оказывается помощь, поскольку телефоны не работают. Началась стрельба, перебои с водой и электричеством. Крымчане, которые голосовали за присоединение к России, плачут горючими слезами и рвутся на материк. Вот типичная колонна беженцев, которая уже вторую неделю прорывается из осажденного Симферополя (показывают бабушку, которая с удивлением наблюдает за экскаватором). В развитие темы: все самолеты брезгливо облетают стороной Крым. Те, которые еще летают, делают неприличные взмахи крыльями. Татары массово записываются в Национальную гвардию, и их массово репрессируют вооруженные до зубов гвардейцы Кадырова. Все руководство незаконной автономии погрязло во взятках, а по ночам ездит охотиться на специально отловленных мирных жителей Галичины.

Collapse )

Из воспоминаний Георгия Марголина



Георгий Александрович Марголин родился в 1933 году в Минске. В начале войны семья была эвакуирована, в 1944 году его привезли в Архангельск. Учился в школе №6, поступил в Архангельский мединститут, потом работал нейрохирургом, сейчас он профессор кафедры неврологии и нейрохирургии Северного государственного медицинского университета (СГМУ).
Воспоминания о детстве и юности были напечатаны в 2013 году в Онежской типографии тиражом 500 экз. Название мне кажется несколько декадентским, но сами воспоминания написаны простым и ясным языком. Написал он и о том, как после войны погибла его мать.

«Зимой 1942 года в тюремный лагерь поселка Пукса-Озеро для прохождения службы прибыл отряд забракованных призывников. Среди хлипких и кособоких полуинвалидов выделялся широкоплечий парень со скуластым лицом и сильно приплюснутым носом. Впоследствии заключенные дали ему кличку «Косило». Но не потому, что он был косой, а потому, что симулировал плохое зрение. А по тюремному жаргону симулировать - это значит косить. Парень действительно плохо видел, но только в двух случаях: когда не хотел видеть или когда одевал очки. Очки у него были знатные, с очень толстыми стеклами. Он ежечасно протирал их лоскутом красной замши, но одевал редко. Оправдывался тем, что не держатся, носом не вышел. Начальство лагеря его заметило и вскоре назначило старшим в группе. Офицеры ценили его за порядок, сослуживцы уважали за сильный кулак, заключенные боялись за жестокость. В общем, все шло, как и задумал: находился на военной службе, что немаловажно для уважения односельчан, и в то же время не на передовой; в казарме, а не в окопах под свистом пуль. Однако война кончилась, фронтовиков постепенно отпускали по домам, а про лагерных стрелков забыли. Мать присылала тревожные письма: «Старею, забила корову, нечем даже кур кормить. Пришел с фронта сосед Иван и присох к Настиным окнам, а та перед ним хвостом вертит. Вася, если не хочешь потерять невесту, приезжай!». А между тем по лагерю пошли слухи, что ожидается большая партия заключенных, а потому «дембель» отменяется.
Collapse )

Костюм Николая Рубцова



Из интервью В. И. Меркурьева, бывшего следователя прокуратуры.

- Что Вам особенно запомнилось и что поразило во время следствия по делу об убийстве Николая Рубцова?

- Запомнилось поведение вологодских писателей, которые неоднократно ко мне приходили и говорили: «Похоронить человека не в чем, отдайте костюм, мы его постираем». Я им предложил купить новый недорогой рабочий костюм в полоску, какими в ту пору были буквально завалены все магазины, но они сослались на то, что, дескать, денег у писательской организации на это нет. Меня это тогда очень неприятно поразило: как-никак друзья, ну, скинулись бы по десятке…»

Суров М. В. «Рубцов. Материалы уголовного дела, неизвестные фотографии, новые свидетельства» (Вологда, 2006 г.)